Нажмите "Enter" для перехода к содержанию

«Родина не продается»: экстравагантный президент Аргентины всерьез увяз в «игре в курицу»

Почему в латиноамериканской стране не утихают антиправительственные протесты

Новая метла по-новому метет. Эта поговорка как нельзя лучше подходит к внутриполитической ситуации в Аргентине, где в декабре прошлого года президентом стал эксцентричный политик-либертарианец Хавьер Милей. Почти сразу после вступления в должность он начал продвигать свои спорные законы по перестройке страны. Они моментально стали выливаться в антиправительственные протесты, которые сейчас происходят в этой латиноамериканской стране чуть ли не каждый день. Попробуем разобраться, почему так произошло и чем это чревато.

Фото: ru.wikipedia.org

Выборы назло

Президентские выборы в Аргентине состоялись в конце прошлого года в два тура. В ходе первого тура 22 октября ни один кандидат не смог набрать необходимый минимум – 45% голосов избирателей или хотя бы 40% с учетом опережения кандидата на второй строчке на 10 процентных пунктов. Однако стало ясно, что третий кандидат – Патрисия Буллрич – однозначно вылетает.

Их осталось двое: на тот момент действующий министр экономики Серхио Масса и представитель коалиции La Libertad Avanza Хавьер Милей. Что удивительно, Милея считали однозначным аутсайдером, однако он неожиданно вырвался вперед и стал лидировать в опросах.

На Массу ставили многие, хотя и допускали, что Милей может зайти в Каса Росада на волне всеобщего общественного недовольства экономическими проблемами страны (инфляция подобралась к отметке в 150%). Ясно, что народом был закинут увесистый булыжник в огород Серхио Массы как министра агонирующей экономики.

Ну и объективно страна действительно долго жила в кризисе. Он начался еще в 2018 году при Маурисио Макри и только усугубился при Альберто Фернандесе. В 2022 году кризис был настолько серьезным, что из исполнительной власти стали уходить в отставку толпы чиновников.

По другую сторону, держа в руках бензопилу как символ распила политики прежних властей Аргентины, стоял Хавьер Милей. Оценив назревшие потребности общества, его обличительная риторика по отношению к действующей политической верхушке этой латиноамериканской страны легла в умы аргентинцев как сливочное масло на только что испеченный хлеб.

Либертарианец, некогда не вылезавший из телевизионных шоу, называл политические элиты «кастой», от которой надо избавиться.

В общем, на таком фоне Милей дошел до второго тура президентских выборов, где и обошел Серхио Массу с результатом в 55,7% голосов, что на чуть более 10% больше, чем у Массы. Кстати, результат Милея стал самым высоким процентом голосов с момента перехода Аргентины к демократии. Дело оставалось за малым – 10 декабря прошла официальная инаугурация Милея, после которой и началась «веселая» новая жизнь аргентинцев.

Слишком неподъемные реформы

Как только у Хавьера Милея в руках оказалась вся страна, он объявил о начале проведения радикальных реформ, направленных на сокращение влияния государства в экономике Аргентины, включая шаги по приватизации компаний, облегчению экспорта и прекращению контроля над ценами. Уже тогда это перестало казаться шуткой и было признано смелым политическим шагом, который точно мог встретить сопротивление в Конгрессе.

Либертарианский лидер перечислил 30 первоначальных пунктов своего плана в телевизионном обращении, добавив, что они являются частью более широкого пакета, содержащего более 300 мер. Изначально, кстати, законопроект содержал 660 положений, охватывающих экономику, торговлю, культуру, уголовное право и даже футбольные клубы. Он представил всесторонние реформы как попытку освободить аргентинцев от «гнета» государства и его бюрократов, в соответствии со своими предвыборными обещаниями.

«Я подписываю срочный указ, который положит начало процессу экономического дерегулирования, в котором так нуждается Аргентина. Эти изменения начнутся сегодня», – заявил Милей в окружении своего кабинета в президентском дворце в Буэнос-Айресе.

Его план, как писало тогда агентство Bloomberg, появился через неделю после того, как министр экономики Луис Капуто (весьма подходящая фамилия для такой должности) объявил о глубоких сокращениях бюджета и девальвации песо на 54% в рамках программы шоковой терапии, призванной избежать гиперинфляции и вернуть экономику в нужное русло.

В список первоначальных изменений, архитектором которых стал бывший глава центрального банка во время правления Маурисио Макри Федерико Штурценеггер, вошли такие пункты:

— Подготовить все государственные компании к приватизации;

— Разрешить частичную или полную передачу акционерного контроля над Aerolineas Argentinas частным лицам.

— Отменить регулирование услуг спутникового Интернета, чтобы позволить Starlink компании SpaceX работать в Аргентине;

— Устранить контроль цен на предоплаченные планы медицинского обслуживания.

— Устранить монополию туристических агентств для дерегулирования сектора.

— Отменить действующий Закон об аренде, ограничивающий рост цен, в попытке нормализовать рынок недвижимости.

— Отменить действующий Закон о земле, который ограничивает владение землей иностранцами в целях стимулирования инвестиций.

— Отменить действующий Закон о поставках, который позволяет правительству устанавливать минимальные и максимальные цены и размер прибыли на товары и услуги частных компаний.

— Ликвидировать центр по наблюдению за ценами Минэкономики, чтобы «избежать преследования компаний».

Помимо этого, на рассмотрении также реформы по узакониванию 12-часового рабочего дня, сокращение отпуска по беременности и уходу за ребёнком, невмешательство в винодельческий сектор и много чего еще.

В тот момент эксперты стали уже ждать какой-то встряски. Аналитик Medley Global Advisors в Буэнос-Айресе Игнасио Лабаки заявлял: «Это довольно смелый шаг для президента с законодательным меньшинством. Если президент потеряет популярность, Конгресс может попытаться отомстить».

Лабаки заявил, что ожидаемая политическая и юридическая битва по поводу указа добавит неопределенности и помешает новым инвестициям в краткосрочной перспективе. Коалиция Милея La Libertad Avanza контролирует только 15% мест в нижней палате аргентинского Конгресса, поэтому ей необходимо было заручиться поддержкой, чтобы двигаться вперед. Если в конечном итоге законопроект будет одобрен нижней палатой, он перейдет в Сенат, где правительство еще слабее. И вот – грянуло!

За что боролись

Уже 20 декабря прошел первый крупный протест против политики Хавьера Милея. На фоне большого присутствия полиции протестующие во главе с группами, представляющими интересы безработных, направились на главную площадь Пласа-де-Майо, чтобы потребовать увеличения финансовой поддержки бедных. Власти требовали от протестующих отойти с дорог на тротуары, чтобы обеспечить движение транспорта.

«Это мирная мобилизация. Мы не хотим никакой конфронтации. Мы не хотим никаких столкновений», – заявил местному радио один из лидеров организованного протеста.

Это, к слову, произошло после того, как недавно назначенный Милеем министр безопасности представил «протокол» по поддержанию общественного порядка, который позволяет федеральным силам блокировать демонстрантов от проведения подрывных акций протеста с перекрытием дорог. Некоторые общественные организации заявили, что протокол заходит слишком далеко и ставит под угрозу право на протест.

Но в тот момент правительство заявило, что люди, перекрывающие улицы, могут потерять право на получение государственных пособий. Одним декабрьским утром на вокзалах Буэнос-Айреса пассажиры могли услышать такое объявление: «Тот, кто режет, не получает зарплату».

Но напряжение стало только расти по мере дальнейшего рассмотрения реформ. Уже в наступившем году аргентинцы продолжили выходить на демонстрации. Одним из самых ожесточенных дней протестов стало 1 февраля. Происходили столкновения разгневанных толп с полицией. Демонстранты скандируют «Родина не продается!». Правоохранители в свою очередь применяли против демонстрантов резиновые пули, перцовый газ, водометы и дубинки. В результате столкновений пострадало около 15 человек.

Гадание на внешнеполитической ромашке

Показательно, что при Хавьере Милее политика Аргентины стала слишком зацикленной на собственных хотелках. В ходе предвыборной кампании Милей рассматривался как однозначный сторонник прозападного курса. Уже не беря во внимание желание нового эксцентричного «кабальеро» долларизировать национальную экономику (песо Милей назвал «экскрементами»), политик вполне откровенно и по-честному готовил общество к дружбе с США.

Тогда еще кандидат в президенты Аргентины заявлял, что в случае своей победы не будет развивать отношения с Россией, Китаем и Бразилией.

«Я не буду вести бизнес не только с Китаем, я не буду вести бизнес ни с одним коммунистом. Я защитник свободы, мира и демократии. Коммунисты, китайцы к этому не относятся», – заявил Милей в интервью американскому журналисту Такеру Карлсону.

Он также добавил: «Мы как государство не будем продвигать никаких действий ни с коммунистами, ни с социалистами. Это не значит, что аргентинцы не могут торговать с ними. Если они хотят торговать с Китаем, Россией, Бразилией, это их проблема». Да, именно «проблема».

Приход Милея, надо сказать, обрубил путь Аргентины в БРИКС. Страна должна была стать полноценным членом объединения с 1 января 2024 года. Как передавали местные издания, президент Аргентины сообщил об отказе вступать в БРИКС в официальных письмах, которые он разослал всем лидерам объединения за несколько дней до даты вступления.

«Как вам известно, внешнеполитический курс правительства, которое я возглавляю, во многом отличается от курса предыдущего правительства. Поэтому некоторые решения прежнего руководства будут пересмотрены. На данном этапе включение Аргентинской Республики в БРИКС в качестве полноправного члена с 1 января 2024 года нецелесообразно», – отметил в письме Милей.

Однако же развивать двусторонние связи со странами-членами объединения он не прочь. Но все это очень хорошо укладывается в заявленный Милеем курс сближения Буэнос-Айреса с Вашингтоном. Первый визит новый аргентинский лидер нанес в США, где намекнул на еще один пункт назначения – Израиль.

Являясь президентом преимущественно католической Аргентины, Милей не скрывал, что хочет перейти в иудаизм. В Израиль, кстати, он прилетел на днях со своим (карманным) раввином. В ходе визита он заявил, что аргентинское посольство будет перенесено в Иерусалим.

Он также подчеркнул, что Буэнос-Айрес поддерживает Израиль в борьбе с ХАМАС.

Возможные последствия реформ Милея

Пока Милей молился у Стены Плача, продолжила плакать и Аргентина. Аналитики сходятся во мнении, что продвигаемые меры положительно никак не повлияют на ситуацию в стране. Скорее всего, все либеральные реформы приведут к очередному витку повышения цен, снизятся доходы граждан.

Страна остается крупным должником МВФ, балансировала на краю очередного дефолта. Основа поступающих средств – займы, которые, естественно, необходимо выплачивать. Но чем? Напомним, в конце января 2022 года занимавший в то время пост президента Аргентины Альберто Фернандес объявил о достижении соглашения с МВФ о рефинансировании задолженности в размере 44 миллиарда долларов. Ясно же, в чьей кабале оказалась латиноамериканская страна.

Как заявил газете La Nacion политический аналитик Андрес Маламуд сравнил действия Милея с «игрой в курицу». Поясним: это игра, в которой два мотоцикла движутся навстречу друг другу. Тот водитель, который первым отклонится от пути, однозначно ведущему к столкновению, подвергается унижению. Проигравшему говорят, что он вел себя, как курица. В общем, с этой безумной и сомнительной забавой аргентинский эксперт остроумно и сравнил политику Милея.

«В игре в курицу нужно показать, что ты сумасшедший, чтобы другой человек остановился раньше, иначе он врежется в тебя. Милей хочет, чтобы мы поверили, что он готов умереть ради победы. Я ему не верю, это очень рискованно, потому что здесь конфликтуют демократия и Аргентина», – отметил эксперт.

С такой точкой зрения соглашается и аналитик La Nacion Клаудио Жаклин. Он обращает внимание на то, что Милей обвиняет в провале собственных инициатив губернаторов и депутатов: «Милей и его сторонники убеждены, что финансово-экономические чрезвычайные ситуации не столь серьезны, что социальное терпение остается высоким и что время работает не против них, а против их оппонентов».

В местной прессе рассматривается вариант, что Милей рассматривает возможность созвать плебисцит, чтобы защитить свои реформы при народной поддержке. Идея всенародного опроса всплыла еще во время президентской кампании, когда его спросили, как он собирается продвигать реформы с убогим меньшинством депутатов и сенаторов. Столкнувшись с первым парламентским поражением, большой вопрос заключается в том, осмелится ли он встать на этот путь, который сопряжен с риском и может стать палкой о двух концах.

Однако, согласно Конституции страны, президент не имеет права на такой шаг. Однако он может перенести все это в плоскость необязательных всенародных консультаций. Однако же даже этот шаг возвращает законопроект в Конгресс. Замкнутый круг, получается. И совсем не гарантированно, что народ проголосует за реформы Милея. Скорее, это приведет к еще более масштабным протестам.

Источник www.mk.ru

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.